№14. Из проекта "House for sale"

Графические листы необычайно большого формата посвящены странным положениям и загадочным ситуациям одной пары в замкнутом пространстве дома.

Обнаженное тело в этих работах нельзя спутать ни с каким другим — это современное тело, существующее вне классических законов красоты, сохраняющее мышечную память о репрессивном опыте XX века, и лишенное социальных масок. Впервые современное тело появляется у Люсьена Фрейда и Фрэнсиса Бэкона — один реалистически показывал мужские и женские фигуры во всех неприглядных подробностях, другой с кинематографической экспрессией изображал стремительное движение персонажа внутри вычерченного на плоскости куба. Но в поисках ближайших аналогов этим рисункам стоит упомянуть двух очень различных американцев, являющихся классиками фигуративной живописи, — Филипа Пёрлстайна и Эрика Фишля. Как и в живописи Пёрлстайна, выполненной в сухой графичной манере, в работах Грецкого и Кац изображено полунудистское существование героев, которым некого стесняться.

Рисунки серии House for Sale несут совершенно другую интонацию — теперь художники не живописуют, а документируют. Черно-белая графика оказывается гораздо точнее при фиксации сложных и насыщенных эмоциональных состояний, в ней нет избыточности картинной драматургии живописных интерьеров из предыдущих работ цикла Living Space. Художники, имеющие дело с бумажным листом и взявшие из прошлого только большой формат, оставляют зрителя наедине с графической материей. Обнаженные фигуры в работах почти приближены к реальному размеру, перед нами монументализированная форма. В то же время, это хорошо знакомая по годам обучения в Академии художеств постановка обнаженной натуры, когда студент обязан показать владение ремеслом. Очевидно, что для композиций использованы фото, сделанные художниками, но взятый в качестве медиа монохромный рисунок редуцирует выразительные приемы.

Техника исполнения очень подходит к сюжетам: она словно манифестирует монотонность, с какой художник покрывает лист штриховкой. Переполняя поверхность графического листа, штрихи превращаются из технического приема в смысл и содержание произведения. Авторы делают ощутимыми уныние и скуку героев, которая неизменна во всех их изматывающих занятиях, — будь то на велотренажере, в ванной, в коридоре, в спальне, в гостиной, в кухне, в бойлерной, на чердаке или даже в мастерской художника ... Грецкий и Кац перечислили все места.

Павел Герасименко